Рынок управленцев в России перестал быть линейным, и именно это сейчас больше всего дезориентирует сильных кандидатов. Если раньше траектория была понятной - крупные бренды, часто западные компании, масштаб, стабильность, предсказуемая карьера - то сегодня эта конструкция разрушена. Не полностью, но достаточно, чтобы привычная логика перестала работать.
Раньше рынок был сосредоточен вокруг понятных центров силы. Крупные компании с миллиардными оборотами, международные игроки, публичные структуры. Они бесконечно нанимали, задавали стандарты, формировали ожидания и фактически диктовали правила. Карьера строилась через движение внутри этих систем или между ними. Это было безопасно, понятно и в определенном смысле универсально.
Сейчас этих центров стало меньше, а сам рынок - шире и сложнее. Часть западных компаний ушла, часть трансформировалась, появились новые собственники, новые группы, новые деньги внутри страны. И вместе с этим возникло большое количество бизнесов, которые раньше не были видны на уровне управленческого рынка. Средние компании, быстро растущие структуры, бизнесы после сделок и разделений, локальные игроки, которые резко усилились за последние годы.
И именно туда сместился реальный спрос на управленцев. Проблема в том, что ожидания кандидатов остались в прежней логике. По инерции взгляд направлен на крупные бренды, понятные названия, «правильные» компании. Но в этих сегментах сейчас минимум движения. Роли заняты, решения принимаются долго, внешний найм ограничен. Даже если вакансия появляется, она проходит через несколько уровней согласования и часто закрывается внутренним кандидатом.
При этом параллельно существует другой рынок - менее упакованный, менее очевидный, но гораздо более живой. Это частные компании с вовлеченными собственниками, бизнесы в фазе роста или пересборки, структуры с накопленной операционной неэффективностью, компании, которые вынуждены перестраивать цепочки поставок, каналы продаж, производственные процессы. У них есть давление, есть задачи и есть деньги под эти задачи.
И именно поэтому им нужны управленцы. Но здесь возникает ключевой разрыв. Эти компании не похожи на те, к которым привыкли кандидаты из крупных брендов. Там больше операционки, больше ручного управления, не все процессы выстроены, решения принимаются быстрее и не всегда через формализованные структуры. Это живая система, в которой многое находится в движении.
И в этой среде не приживаются люди с «чисто корпоративной» моделью работы. Те, кто давно не погружается в детали и управляет через слои, теряются в необходимости работать руками. Те, кто привык к полной прозрачности и выстроенным процессам, сталкиваются с зонами неопределенности. Те, кто ориентирован на стратегию без операционного погружения, не дают результата там, где от них ждут конкретных действий.
Это не вопрос силы или слабости кандидата. Это вопрос соответствия среды. Параллельно с этим сформировался еще один слой рынка - компании, которые аккуратно выходят на международные рынки. Не в прежней модели масштабной экспансии, а точечно и осторожно. ОАЭ, Азия, Китай, частично Европа и США. Там есть деньги и задачи, но там выше неопределенность и чаще требуется гибкость. И почти всегда - готовность к смене географии.
И это еще одна зона, где есть спрос, но куда готовы идти не все. В результате рынок сейчас разделен не по индустриям и не по размеру компаний, а по наличию задачи и готовности бизнеса принимать решения. Там, где есть рост, неэффективность или необходимость пересборки, появляются роли и деньги. Там, где бизнес находится в режиме удержания и контроля, движение минимально, независимо от масштаба и известности.
Поэтому становится понятным, почему у многих топов возникает ощущение, что их не ищут. Если смотреть только на привычные ориентиры, рынок кажется закрытым. Если смотреть шире, становится видно, что спрос есть, но он смещен в менее очевидные точки.
И в этой новой конфигурации выигрывают не те, у кого самый сильный бренд в резюме и не те, кто дольше всего работал в «правильных» компаниях. Выигрывают те, кто понимает, как изменилась среда, и может соотнести свой опыт с реальной задачей бизнеса.
Иногда это означает выйти за пределы привычной траектории. Принять менее «упакованную» среду, больше неопределенности, больше операционного вовлечения. Но именно там сейчас есть скорость, влияние и возможность принимать решения.
И если формулировать максимально точно, кому сейчас хорошо, ответ такой- хорошо тем, кто готов работать в живом бизнесе, где есть задача. И именно там сегодня есть реальный спрос на управленцев.
Наталья Павлова, старший партнер M-Choice
